В 1990-е годы мы от своих вложений, от тех дивидендов, которые должны были поступить, отказались. Мы закрыли, захлопнули эту дверь, сказали: «А зачем нам какая-то Африка? Мы ее кормили, что мы с нее будем иметь?»

В 1979 году, когда я поступала в институт, самым непопулярным языком, знаете, какой был? Китайский. Никто в мире, я вас уверяю, тогда не предрекал тот взрыв роста, который случился в Китае.

Демографический дивиденд Африки — это молодое население, 800 млн человек моложе 25 лет. Это наше будущее. Потребительский рынок Африки растет самыми высокими темпами в мире, он удваивается каждые пять лет.

Четверть молодых людей — а это основной спрос на IT-продукцию — живет в Африке. А к 2050 году эта доля вырастет до 36%. Это огромный, быстрорастущий рынок, который предъявляет спрос.

Вы видели африканца: он может быть голодный, но телефон у него в руке будет. И этим телефоном он будет и платить на местном рынке, и получать информацию, и слушать блогеров, музыку, смотреть фильмы.

Каждый год в Африке открываются новые месторождения природных ресурсов, которые востребованы для развития современных высокотехнологичных отраслей.

Возьмем Турцию. У нее серьезные экономические проблемы, инфляция зашкаливает, и по своему экономическому потенциалу она не сопоставима с Россией. Тем не менее посмотрите, как она работает в Африке. Эти средства не выбрасываются впустую.