Случается иногда радоваться долгожданным открытиям. Но в данном случае радость неполная: наконец атрибутированное здание до этого момента не дожило. В августе 2022 года железнодорожный вокзал в Железнодорожном снесли, чтобы построить на его месте новый — в рамках проекта МЦД.

Тем не менее его авторы теперь известны: архитектор В.Н. Крыков и инженер В.И. Петров. Думаю, никому ни о чем не говорящие имена. Работали они в московском Желдорпроекте, и вот о нем можно сказать пару слов. Это проектная организация из обоймы Министерства путей сообщения, которую не стоит путать с сетью институтов системы Министерства транспортного строительства. Если Мос-, Лен-, Метро- и прочие гипротрансы были на слуху, то Желдорпроекты оставались в тени: интересные заказы им доставались редко. В Подмосковье это в основном технические сооружения и привязка жилья.

Но это здание — единственный построенный по индивидуальному проекту модернистский железнодорожный вокзал в Подмосковье, где и типовые можно пересчитать по пальцам. Несмотря на институциональную обособленность, архитектор из Желдорпроекта создал очень актуальный для своего времени проект: краснокирпичные фасады с белыми акцентными элементами, в том числе обожаемыми советскими архитекторами 1980-х арочками, рифмуются и с работами областных архитекторов из Мосгражданпроекта, и с проектами Мосгипротранса, и с плодами их сотрудничества на БАМе. Но вокзал не теряется среди них: яркое образное решение с роскошным порталом в виде трапециевидного «экрана» с часами и изящным фонариком-восьмериком, венчающим здание, делает его хорошо узнаваемым.

Так в очередной раз убеждаюсь, что советская архитектура больше, чем можно себе представить. И даже архитектор из самой невзрачной на первый взгляд проектной организации мог создать что-то классное, если ему на то выпадал шанс.

В докладе недавно я упоминал о том, что протоколы заседаний комиссии по планировке и застройке городов и поселков Московской области — огромный источник для поиска самых обреченных атрибуций. Только их, увы, недооцифровали. И эта атрибуция как раз случайно попалась мне на одном из пары десятков тысяч неоцифрованных листов.

И к слову, комиссия в 1979 году сочла эскизный проект вокзала «недопустимо неэкономичным» и рекомендовала авторам устранить «излишнюю массивность и нарочитость» фасадов, отказаться от наличников на окнах второго этажа.

Фотография из Викимапии.

«Остановитесь на минуту перед низенькой, темно-красной с луковицами-главами церковью Григория Неокесарийского. Ведь, право, она не лишена оригинальной физиономии, ведь при ее созидании что-то явным образом бродило в голове архитектора, только это что-то в Италии выполнил бы он в больших размерах и мрамором, а здесь он, бедный, выполнял в маленьком виде да кирпичиком; и все-таки вышло что-то, тогда как ничего, ровно ничего не выходит из большей части послепетровских церковных построек».

Аполлон Григорьев о храме Григория Неокесарийского на Большой Полянке в Москве

Исследователи из музея Фицуильяма в Кембридже обнаружили, что древнеегипетские мастера использовали раннюю форму корректора для исправления ошибок на папирусных документах, нанося жирные мазки белой краски, чтобы «похудить» изображение шакала, которое кто-то, по-видимому, счел слишком толстым.

В сцене, изображающей Рамосе с руками вдоль тела того, что, скорее всего, является богом с головой шакала Упуаутом, божеством, связанным с войной и защитой мертвых, сотрудники музея заметили плотные белые линии, нарисованные вдоль обеих сторон тела шакала и по верхним половинам его задних ног.

«Это выглядит так, будто кто-то увидел, как шакал был первоначально нарисован, и сказал: "он слишком толстый, сделайте его худее"», — говорит Хелен Страдвик, старший египтолог музея и куратор выставки.

С помощью инфракрасной фотографии и цифрового 3D-микроскопа исследователи установили, что белая краска представляла собой смесь кальцита и хантита — обоих белых карбонатов, что отличалось от краски, использованной для изображения развевающихся одеяний Рамосе, которая содержала только хантит. Также были обнаружены вкрапления жёлтого пигмента аурипигмента, вероятно добавленного для того, чтобы исправление лучше сочеталось с папирусом, который в древности был гораздо светлее, чем выглядит сегодня.

Стрэдвик отметила, что обнаружила ту же технику на папирусах, хранящихся в Британском музее и Египетском музее в Каире. «Когда я указывала на них кураторам, они были поражены, — сказала она. — Это из разряда того, что не замечаешь с первого взгляда».